Тетя Ира

Тетя Ира

07.12.2019 0 Автор ren334

Тетя Ира, мама Андрея, никогда не отличалась теплотой и заботой. На Андрее это сказалось особенно. Он родился на 7 месяце и пролежал в барокамере, в реанимации. Она относится к категории матерей, которые не любят детей от мужей, их покинувших или ушедших из мира.

Тетя Ира, желая скрыть свою беременность от большого количества кавалеров, обвязывала свой живот эластичным бинтом, при этом ничуть не стеснялась выпивать при удобном моменте. Когда Андрей родился и попал в барокамеру, то она через неделю выписалась из роддома и отправилась по своим делам.

Тогда на выписку Андрея приехал только отец, который забрал его и отвез к своей маме, моей любимой бабушке, Нелли Алексеевной. Причем ни скандалов, ни претензий в сторону своей сестры папа не проявил. Он просто сам, с мамой своей и моей взялся за его здоровье.

После такого испытания, в течение трех месяцев, Андрей набирал вес, возвращался к жизни, но заботы от своей мамы он не получал. Отношения с папой, насколько сам помню, были настолько натянутыми, что она умудрялась закатывать скандалы по любому поводу.

С одной стороны может показаться вполне обычным все вышесказанное, но особенной чертой в ее жестокости был случай, когда она сидела и курила на кухне при шестимесячном Андрюшке. Что ею двигало, но окурок сигареты был затушен об его живот, оставив шрам чуть выше пупка на всю жизнь. Иногда мы с самого начала не любим наших родных. Но не настолько…

Я часто был в гостях у Силинских (фамилия Андрея) в квартире на улице Зайцева. Мой излюбленный маршрут был, конечно же, с бабушкой, которая забирала меня от родителей. Каждый раз, мы выходили из метро «Кировский завод» и шли через сквер мимо ДК им. Горького. За метро в те года стоял ларек, в котором продавалось мороженное. Бабушка Надя (так звал я Нелли Алексеевну) брала мне стаканчик, тогда еще настоящего крем-брюле и мы шли по улице Новостроек по зеленому газону, который был огорожен по краям дороги кустами сирени. В основном, я помню летние поездки в гости. Наверно это потому, что тогда мы не торопились, были легко одеты и шли под солнышком.

Квартира была четырехкомнатная, я не понимал, почему самая первая дверь в комнату была всегда закрыта. Даже до сих пор не знаю. Меня укладывали всегда на одной кровати с Андреем в комнате, где стояло пианино. Бабушка же ложилась ближе к балкону. По вечерам, когда мы еще не спали, бабушка любила, выключив свет, петь нам молитвы. Иногда, мы не понимали еще почему, она после песен, начинала тихо плакать.

По утрам, когда все взрослые еще спали, мы с Андреем тихо прокрадывались в гостиную, где стоял телевизор и видеомагнитофон, в те годы считавшийся роскошью. Тихонько устроившись на ковре, мы смотрели мультики, смеялись. Но когда просыпалась тетя Ира, то она злилась.

— Ты что делаешь? Мультики? – она набрасывалась на него, зачастую, с кулаками, — Никаких тебе мультиков! Иди в ванную, возьми щетку и драй паркет в коридоре!

Андрей шел в ванную за щеткой, а я плелся за ним. Темный, коричневый паркет всегда сверкал в той квартире, потому что его чистил постоянно Андрей. В то утро я ползал рядом с ним по паркету в детских колготках и кофте и говорил:

— Русалочка красивая, зачем ей жить среди рыб?

— Потому что там нет членоносцев, там такие же нормальные феминистки, как и я! — проорала Тетя Ира из другой комнаты и резко набрала еще 20 килограмм.

Все стало ясно. Тетя Ира в итоге разрослась до 500 килограмм и лопнула, Андрей стал нормальным человеком, а феминистки упорно хотели равноправия, но в плане интеллекта так и не достигли его с другими частями человечества.